Недавно я в очередной раз наткнулся на то, как человек обосновывал свое неверие тем, “что не существует научных доказательств бытия Бога”. Что же сказать на это?
Первое правило здравого рассуждения — определение понятий. Что мы понимаем под наукой и научными доказательствами? Что мы имеем в виду, когда мы употребляем слово “Бог”?
Наука — как метод познания — определяется своим методом и своим предметом, причем одно тесно связано с другим. Что исследуют естественные науки? Как следует из их названия, природу — но природу в строго определенном смысле. Наука не исследует красоту, величие и мистику природы — этим занимаются поэты и художники.
Наука исследует природу, понимаемую, как замкнутую причинно-следственную систему, управляемую безличными и неизменными законами. Она делает это, опираясь на повторяемые наблюдения и воспроизводимые эксперименты. Наука отвечает на вопросы, относящиеся к функционированию природы как замкнутой системы, и отвечает на них, опираясь на воспроизводимые данные.
Любые сверхприродные явления находятся принципиально вне ее поля зрения. “Научные свидетельства сверхприродного” есть противоречие в определениях. Наука по определению не занимается сверхприродным.
Приведу пример. Туринская Плащаница продолжает оставаться загадкой для ученых — несмотря на многочисленные попытки объяснения, никто до сих пор не знает, каким именно образом изображение было нанесено на ткань. Значит ли это, что наука доказала подлинность Плащаницы? Нет.
Это значит только то, что наука не может предложить удовлетворительного объяснения того, как появилось это изображение. Не исключено, что она даст такое объяснение в будущем; отсутствие естественного объяснения еще не доказывает того, что здесь мы имеем дело со сверхъественным. Все, что ученый может сказать, например, о чудесном исцелении — “у меня нет объяснения тому, как это произошло”.
Стоит ли упрекать ученого в маловерии? Нет. Он может быть глубоко благочестив и лично верить в чудо Божие. Но научный метод пригоден для поиска только природных объяснений. Чудо невоспроизводимо; мы не можем наблюдать его каждый день в 18.00 при условии ясной погоды; мы также не можем воспроизвести его в лаборатории. У науки нет инструментов, чтобы заняться им. Поэтому ученый — в рамках научного метода — всегда и во всех случаях будет искать естественных объяснений.
Бог — во всяком случае, Бог Христиан — не является частью природы в упомянутом смысле. Он — не природный объект и не явление. Мы не можем подвергать его повторяющимся наблюдениям и воспроизводимым экспериментам. Он личностен — то есть сам решает, на каких условиях Он нам хочет открыться, и всемогущ — то есть в состоянии на Своих условиях настоять. А Он установил, что Его узрят чистые сердцем; и единственный способ встретить Его — это покаяние, вера и хранение заповедей, а не попытки без спроса подглядеть в особо мощный телескоп, как Он лепит очередную галактику.
Говорить, что “наука не обнаружила доказательств бытия Бога” так же странно, как говорить. что “вскрытие не обнаружило в человеке души”. То, что Вы бы нашли при вскрытии, не было бы душой; тот “бог” которого можно было бы застать врасплох при помощи научного метода, не был бы Богом. Но это не значит, что науке нечего сказать о Боге.
Наука исходит из того, что мир упорядочен, эта упорядоченность постижима для человеческого разума и выразима на языке математики. Почему это так? Почему мироздание логично, почему мы находим в нем математическую структуру, почему между упорядоченностью мироздания и нашей способностью к постижению есть соответствие? Для христианина ответ очевиден — потому что за мирозданием стоит творящий Логос, который создал вселенную разумно и упорядоченно, и создал нас способными к познанию. Атеизм никакого ответа не предлагает.
Более того, современная космология полагает, что вселенная имела начало во времени — ее начало лежит около тринадцати с половиной миллиардов лет назад. Она также свидетельствует факт так называемой “тонкой настройки” — то обстоятельство, что физические постоянные должны находится в чрезвычайно точно определенном соотношении, чтобы наша вселенная могла поддерживать жизнь и разум. Что привело вселенную из небытия в бытие? Почему она чрезвычайно точно настроена на возникновение жизни?
Эти обстоятельства нельзя рассматривать в качестве “научного доказательства бытия Бога”. Все, что может сказать наука — “мы не находим объяснения этому в рамках той замкнутой причинно-следственной системы, которую наука рассматривает”. Но это — определенного рода свидетельства, которые побуждают нас предполагать, что за упорядоченностью вселенной стоит некий Разум. В строгом смысле ”научных доказательств” бытия Божия быть не может; однако наука может указывать за свои пределы — на тот Логос, который стоит у истоков мироздания.
Сергей Худиев
