Любовь – это великая, но и очень опасная сила, потому что она может поднять человека к Престолу Божию, но может и уничтожить, если обращаться с ней неосторожно.
Поэтому святые отцы и говорят, что любовь –величайшая добродетель, но выше всех добродетелей стоит рассудительность, потому что она руководит любовью, направляя ее в нужную сторону.
Отсутствие рассудительности может привести к огромным проблемам, которые поначалу не кажутся опасными, поскольку сопровождаются благими намерениями, но затем неимоверно усложняют жизнь.
Приведу пример.
Руководствуясь любовью, мы спешим на помощь другому человеку, у которого есть какая-то проблема (личного, профессионального, семейного и т.п. характера). Но при отсутствии рассудительности мы забываем, во-первых, о том, что, не будучи бесстрастными, легко можем потерять контроль над собой и допустить ошибку в решении проблемы, а во-вторых, о том, что и другой человек также не бесстрастен. Здесь можно возразить: «Ну и что? Со мной все в порядке, я ничего такого не чувствую». Да, ты не чувствуешь, но другой человек? Что ты знаешь о его чувствах? Разве ты можешь видеть его внутренний мир, его желания и возможности? Думая, что любишь его, ты стремишься выслушать, помочь ему в его трудностях, разделить с ним его крест, но затем все меняется, и меняется любовь.
Примером такой безрассудной любви часто становится слепая (и тем самым разрушающая) любовь родителей к своим детям. Такая любовь не дает родителю возможности быть рассудительным по отношению к ребенку и тем самым ставить перед ним какие-то ограничения. Ведь создание ограничений при воспитании проходит болезненно и для родителей, и для детей.
Обычно ребенку не нравится, когда его в чем-то ограничивают. Он маленький, ему хочется играть, бегать, он не хочет учиться, делать то или другое. И когда его лишают чего-то, он протестует, он плачет. Ограничения болезненны для ребенка, пока он маленький и многого не понимает. В свою очередь, родителям также тяжело видеть, как их дитя плачет, и поэтому они из любви к ребенку сами устраняют поставленные ограничения: «Ну хорошо, не плачь, мы купим тебе то, что ты хочешь! Только не плачь!»
И какой результат?
Ребенок начинает понимать, что стоит ему заплакать, как мама сразу же уступает и позволяет ему делать все, что захочется. То есть даже если перед ребенком вначале устанавливается запрет, то когда он начинает плакать, этот запрет тут же снимается.
И все это – от большой родительской любви. Ведь именно любовь заставляет нас уступать снова и снова. Мы готовы умереть за того, кого любим. Делая постоянно то, что приятно другому, мы готовы превратиться в тряпку, которую можно топтать: «Чего ты хочешь? Скажи – и я сделаю! Я дам тебе все, что захочешь!»
Любви в принципе свойственно такое желание — всецело отдаться другому человеку, а затем бесконечно продолжать давать ему все, что он захочет. Ведь после того, как мы отдаем себя кому-то целиком, как можно не дать этому человеку всего остального – например, денег и т.д., – пока существует любовь?
Да, такое желание действительно появляется от любви. Но именно рассудительность способна расставить здесь все по своим местам и установить нужные границы, благодаря которым огонь любви не опалит ни тебя, ни любимого человека, и вы не уподобитесь электроприборам, выходящим из строя при первой же грозе. Ведь если давать любимому человеку больше, чем он может вынести, впоследствии это принесет ему вред, разрушит его. Человек не выдержит этого груза – он сломается, подобно электроприбору, и больше не сможет функционировать.
Вот почему любовь – это опасное движение человеческого сердца, каким бы прекрасным и совершенным оно ни было. А ведь она действительно является самой совершенной, самой драгоценной составляющей нашего бытия. Именно любовь составляет наше «я», поскольку мы созданы по образу и подобию Божию, а Бог есть любовь. Бог, любя нас, сделал для нас все – Он даже предал Себя на смерть, чтобы показать, насколько велика Его любовь к человеку. Следовательно, и мы должны поступать так же. И мы готовы принести себя в жертву за тех, кого любим.
Одна молодая женщина, став матерью, сказала мне:
– Я впервые поняла, что это значит – быть готовым умереть за другого человека, потому что теперь я могу умереть за своего ребенка. Даже за мужа я, наверное, не смогла бы умереть. Я люблю его и говорю ему, что люблю до смерти, но если и в самом деле придет его смертный час, не знаю, смогу ли я умереть вместо него. Может, да, а может, и нет. А за ребенка я смогу умереть, я готова к этому. Во мне появилось что-то более сильное, чем любовь к жизни.
И это действительно так. Такова природа родительского инстинкта – и у матерей он развит, наверное, даже больше, чем у отцов. Подобное мы видим даже у животных. Видели ли вы когда-нибудь в деревне курицу, только что выведшую цыплят? Если человек приблизится к ним, она накидывается на него, как дикий зверь. Она набросится и на собаку, и на кошку, если те подойдут к ее цыплятам. Вот что такое родительский инстинкт.
Таким образом, наша природа, соединившись с любовью, помогает нам превозмочь самих себя. Но человеку здесь необходима еще одна величайшая добродетель – рассудительность, – не для ограничения своей любви, а для ее правильного использования. С любовью обязательно нужно уметь обращаться правильно, потому что если человек «прилепится» к чему-то прежде, чем к Богу, у него начнутся проблемы. Духовные проблемы. А это опасно.
