Святой Иоанн Златоуст: Война и оружие христианина

«Тогда говорит ему Иисус: возврати меч твой в его место, ибо все, взявшие меч, мечом погибнут» (Мф. 26: 52).

Эту цитату чаще всего приводят в подтверждение мысли о том, что будто бы христианам нельзя служить в армии и участвовать в войне.

Хотя о войне здесь нет ни слова, и обращается Спаситель не к воину, а к человеку гражданскому (как бы мы сейчас сказали), каким был апостол Петр. Тем не менее, слова обо «всех, взявших меч» при определенном понимании могут быть отнесены и ко всем воинам. Но так ли воспринимали это место святые отцы?

Вот что мы читаем у святителя Иоанна Златоуста: «Итак, двумя причинами Он хотел успокоить учеников: во-первых, угрозою наказания тем, которые начинают нападение: ибо все, сказал Он, взявшие меч, мечом погибнут; во-вторых, тем, что Он терпит это добровольно». Как видим, по мысли святого отца, эти слова относятся к тем, кто начинает кровопролитие, следовательно, не относятся к тем, кто вынужденно обороняется.

Если мы будем понимать эту фразу буквально, то дойдем до отвержения ее, ведь известно, что далеко не всякий взявший в руки оружие, погибает от оружия. Поэтому важно знать, от какого меча, как объясняет блаженный Иероним, погибнет инициатор нападения, – «от того меча огненного, который обращается перед раем (см.: Быт. 3: 24), и от меча духовного, который описывается среди всеоружия Божия (см.: Еф. 6: 11–17)».

Наибольшей заслугой православного христианства является то, что вопросы войны и воинского служения оно предлагает рассматривать с точки зрения духовного опыта, глубинных духовно-нравственных оснований. И это дает свой результат: воин, защищающий свое Отечество, должен знать, зачем он берет в руки оружие и когда и как он может его применять.

Обоснованием для при­менения оружия должно быть не только требования воинского устава, но и нравственная оправданность его использования. Особенно это относится к воинам, которые считают себя православными христианами. Это служит не только укреплению воинской дисциплины, ответственности воинов, но и придаст армейской службе характер высоконравственного служе­ния.