Румыния переживает строительный бум. Каждый месяц в стране появляется 10 новых церквей, а в Бухаресте завершается строительство кафедрального собора. Но некоторые считают, что эта привычка обходится слишком дорого. Особенно, если учесть, что в этой бедной европейской стране на строительство церквей тратятся государственные средства.
Путь от румынского города Сучавы до Марамуреша весь усеян похожими на пряничные домики нарядными церквями. Церкви здесь везде, куда ни глянь. Большие, маленькие, совсем новехонькие, с медными крышами, с деревянными, покрашенные и украшенные фресками – и каждая по-своему мила.
Особенно впечатляет во время поездки по изрытым колдобинами дорогам их число. После революции 1989 года православная церковь значительно укрепила в Румынии свои позиции.
Большинство жителей страны (90%) – православные. После падения режима Чаушеску церковь быстро воспользовалась своим влиянием в обществе. Новые храмы возводились за три дня, а в центре Бухареста началось строительство огромного собора.
Планируется, что по завершению строительства Собор спасения нации будет самым высоким религиозным памятником в юго-восточной Европе и возвысится над своим соседом – Дворцом парламента Румынии, построенным при бывшем диктаторе Чаушеску.
Румыния, безусловно, очень духовная страна. Религиозные обряды, иконы и праздники – важная часть повседневной жизни многих румын. Я лично видела, как в день Святых Константина и Елены в Марамуреше огромная толпа верующих отправилась из церквей на гуляния.
Однако все чаще звучат вопросы, откуда берутся деньги на строительство новых храмов и в целом для церкви, ведь многие средства выделяются из и без того скромного госбюджета.
Один из самых жестких критиков церкви – весьма эксцентричный депутат, глава партии зеленых Ремус Черня. “У нас в Румынии большая проблема в отношениях церкви и государства”, – считает он.
“Мне кажется, что если церковь хочет что-то строить, – пусть строит. Только не на народные, не на бюджетные средства”.
Предполагается, что собор будет выше соседнего Дворца Парламента
В 2009 году Румыния получила помощь от МВФ, но каждый год государство отдает миллионы евро православной церкви.
Церковь получает более 100 млн евро бюджетных средств на зарплаты священникам и еще больше денег на строительство и восстановление храмов.
Средства также поступают от местных советов, мэрий, государственных компаний и самих прихожан. Но мне никто так и не смог подтвердить, сколько всего средств православная церковь получает ежегодно.
Ремус Чернеа предлагает законопроект, меняющий механизмы финансирования церкви, считая, что тесные отношения церкви и государства – часть более глубокой проблемы.
“Очень часто политики выделяют церквям госсредства, а в обмен священники поддерживают их на выборах. Зачастую владельцы строительных компаний, которые строят храмы, – люди, близкие к некоторым политикам. Это своего рода замкнутый денежный круг”, – считает парламентарий.
Рост влияния церкви в Румынии и тесные связи церковного руководства с политиками отчасти объясняются влиянием карательного режима Чаушеску, в годы правления которого были разрушены десятки церквей, а многим священникам, чтобы выжить, приходилось сотрудничать с коммунистами.
“Многих заставили забыть о религии во время коммунизма, и в каком-то смысле для них было естественно к ней вернуться”, – говорит Ливиу Андрееску, исследователь отношений церкви и государства.
В Бухаресте не все церкви, как эта, сохранились с XVIII в.
Сотрудничество церковной верхушки с лидерами компартии помогло закрепить сегодняшнее сотрудничество между церковью и государством, когда государство спонсирует многие религиозные мероприятия, – полагает эксперт.
Министр религиозной политики Румынии Виктор Опаски признает, что церковь и политики тесно сотрудничают во время предвыборных кампаний, и это “нехорошо”.
Но он также отмечает, что в стране остались огромные нерешенные исторические проблемы. “Коммунисты отобрали у церкви практически все, она потеряла почти всю свою собственность. И теперь государство пытается компенсировать это, отдавая хотя бы малую часть забранного”, – говорит он.
Священники также получают деньги от прихожан, часто приходят к ним домой за пожертвованиями.
Когда православный священник Касьян Панделика отказался собрать 50 тыс. евро на восстановление церкви со своего прихода в 800 человек в деревне Ревига, как того требовал епископ, к нему на рассвете пришла с обыском полиция.
Его лишили сана, но местные прихожане его поддерживают. Теперь он проводит службы в импровизированной часовне.
Вполне понятно, почему Панделика с большим недоверием относится к финансовой политике церкви, считая, что она крайне мало делает для прихожан, и подозревает церковное руководство в коррупции.
В румынской исторической области Молдова, знаменитой своими изысканными монастырями с прекрасными фресками, со мной согласился встретиться и пообщаться лишь один церковный иерарх – архиепископ Пимен.
Этот пожилой человек с мудрыми голубыми смеющимися глазами знаменит в Румынии своей глубоко духовной жизнью.
Он признает, что далеко не все священники отдают прихожанам “столько, сколько должны”, но не считает, что церковь делает для паствы слишком мало.
“Если бы все деньги, которые идут на новые церкви, раздавали бедным, решило бы это все их проблемы?”, – вопрошает он. “Нам жизненно необходимы новые храмы, и их строят за очень небольшие деньги”.
В праздник Святых Константина и Елены в Марамуреше собираются на народные гуляния
Но поскольку патриарх просит еще больше средств на строительство нового собора, многие полагают, что цена строительства слишком высока.
Почти вся молодежь, с которой мне удалось пообщаться, особенно в Бухаресте, в церковь ходит редко. Молодые люди считают, что деньги лучше тратить на другие цели.
Но пока праздники в Марамуреше живое напоминание, что православная церковь в Румынии неотъемлемая часть повседневной жизни многих людей. И, безусловно, она играет важную роль в обществе.
Прихожанка Елена, отмечающая именины в народном костюме, пригласила меня в свой скромный дом, где в каждом углу висят иконы.
“Мы – религиозный народ, верующие люди”, – говорит она. “Мы сохраняем наши традиции и привычки. “
