В 1905 году в возрасте 21 года Константин (Филофей ) приехал в Афины, где и был призван на военную службу. В течение двух с половиной лет военной службы он имел возможность продолжать свое образование по вечерам. Также он посещал проповеди отца Евсевия, который также переехал в Афины.
Пока Константин служил в Афинах, у него была счастливая возможность познакомиться и проводить время с Александром Мораитидисом, Александром Пападиамантисом , святым Николаем (Планасом) и святителем Нектарием Пентапольским. Закончив военную службу, Константин спросил святителя Нектария, где начать ему монашескую жизнь. Отец Нектарий ответил: «Цель твоя благая, я советую тебе поступить в Лонговардский монастырь в Паросе, где братия добродетельна и многочисленна». Но 23-летний Константин, стремясь осуществить желание многих лет своей жизни, отправился на север, на контролируемую турками территорию Македонии, и в частности на Святую гору Афон.
Приехав в Фессалоники, он тотчас же отправился поклониться мощам святого мученика Димитрия, которого очень любил и перед которым благоговел. Вскоре турки схватили его и обвинили в шпионаже. Благочестивый молодой человек был осужден на смерть секретарем паши, но паша, ссылаясь на то, что все обстоятельства дела ему неизвестны, не утвердил приговор. Он отпустил юношу, выслав его обратно в Афины.
Только через несколько лет узнал Константин, почему паша помиловал его. Друг его, с которым он путешествовал в Салоники, поведал ему историю, слышанную от паши, которая все и прояснила.
Вот рассказ паши. «Однажды утром я мирно спал, вдруг святой Димитрий явился мне, одетый в генеральскую форму и с оружием. Он строго посмотрел на меня и приказал: “Немедленно вставай! Оденься, надень обувь и иди в такое-то место города, чтобы освободить молодого человека, который без суда и следствия был осужден на смерть твоим личным секретарем. Когда ты освободишь его, посади его на пароход “Микали”, стоящий в порту и готовящийся отплыть в Грецию”. Я поторопился тут же освободить молодого человека и отправить его в Грецию».
Константин раскаялся в своем непослушании святителю Нектарию и, наконец, направился в Лонговардский монастырь, где игумен и братия приняли его с великой любовью и радостью. Через семь месяцев после поступления в монастырь, в декабре 1907 года, он был пострижен в малую схиму с наречением имени Филофей, что значит «любящий Бога», а на следующий день посвящен в диаконский сан. С благословения своего духовного отца через несколько лет, в 1910 году, отец Филофей совершил паломничество на Святую гору. Он свел там несколько душеполезных знакомств, но был разочарован общим духовным состоянием афонцев. Возвращаясь через Фессалоники, отец Филофей снова был арестован турками по подозрению в шпионаже. И снова святой Димитрий пришел к нему на помощь.
Отец Филофей вернулся в Лонговарду, где в апреле 1912 года был рукоположен в священнический сан, а в октябре следующего года был возведен в сан архимандрита. Это возведение ознаменовало важное изменение в жизни отца Филофея: он стал принимать исповедь и произносить проповеди на Эгинских островах, а позже и в Афинах, на Пелопоннесе и в других частях Греции. В марте 1924 года он совершил большую поездку, исповедуя людей и проповедуя в южной Греции, на Крите, в Палестине, Аравии, Египте и на горе Синай. Отец Филофей был сильно взволнован посещением Святой Земли и потом убеждал христиан совершать паломничества именно туда, а не ездить по Европе.
В тот же год поднялось великое смущение в Церкви из-за нововведения – григорианского календаря, принятого в 1923 году Константинопольским патриархом Мелетием (Метаксакисом), а в 1924 году – Синодом Элладской Церкви.
Разделение, возникшее в связи с нововведением, повреждало отношения между православными христианами, придерживавшимися традиционного и нововведенного календарей, они настраивались друг против друга. Все это причиняло старцу большие страдания, и он молился о восстановлении традиционного церковного календаря и о примирении обеих групп. Даже после этого старец не отделялся от своего епископа из-за изменений, но и не придерживался нового календаря, оставаясь одним из самых откровенных противников нововведения.
До конца своих дней старец уверял, что, хотя причиной разделения явилось введение григорианского календаря и единственный путь к объединению – возвращение к юлианскому календарю, ни одна из сторон не лишена заблуждений и обе подпадают под различные анафемы. «Сорок лет я просил и продолжаю просить Бога утишить эту ужасную бурю, это бурное море в церковной среде, принести мир, и однажды ночью невидимый голос сказал: “Своевольным посланы Богом искривленные стези”. Я надеюсь, и молюсь, и умоляю Небесного Отца просветить церковных лидеров перестать нападать друг на друга, но примириться и вернуть Церкви православный календарь, данный нам отцами».
Во время итальянской и германской оккупации (1941–1944) он неустанно трудился, помогая бедным и голодающим Пароса. От 150 до 200 жителей острова ежедневно получали пищу в монастыре, и если бы не поддержка обители, от голода могли бы умереть около 1500 человек. Отец Филофей заступился перед немецким комиссаром острова за 125 молодых греков, приговоренных к смерти. Комиссар, не желавший уступать, был вынужден согласиться, когда отец Филофей предложил, чтобы и его казнили вместе с приговоренными.
После войны отец Филофей продолжал свою миссионерскую деятельность. Несколько раз в год он отправлялся на разные острова и в множество деревень и городов северной и южной Греции, учил, увещевал и исповедовал… Кроме управления Лонговардским монастырем, он поддерживал и некоторые женские обители. В своей автобиографии он пиал, что во время этих миссионерских поездок «бывал так утомлен, что замертво падал в постель, помышляя, что никогда уже не встану на ноги, но умру или, изнуренный болезнью, буду много дней лежать бездвижен и бездеятелен. Но каждый раз, просыпаясь утром, я чувствовал себя исцеленным и совершенно здоровым. Это поражало меня и помогало сознавать свою ничтожность и слабость вкупе с силой благодати Божией (без которой мы ни на что не способны)».
Старец Филофей продолжал укреплять и наставлять народ Божий до самой своей смерти. За несколько недель до кончины его посетил архимандрит Дионисий, игумен монастыря Симонопетр, один из его духовных чад. Он выслушал последнюю исповедь отца Филофея, а на следующий день старец причастился святых Христовых таин. Он скончался вскоре после этого, 8 мая 1980 года.
Братия монастыря Живоносного Источника в Лонговарде спасла не только голодающих, но и 125 жителей Пароса, приговоренных к смерти германским уполномоченным на острове.
Об этом рассказал в автобиографических записках настоятель обители о. Филофей Зервакос, видя в том явное чудо Божией Матери.
14 мая 1944 года английская подводная лодка вошла в док в заливе около города Ливадии.
Англичане сошли с лодки и направились в соседнюю деревню, захватили там в плен несколько немецких солдат и жестоко расправились с ними. Командующий немецкой армией, заподозрив соучастие в карательной акции греков, приказал взять в качестве заложников 125 греческих юношей.
Все они были приговорены к смерти.
Вот тогда приходские священники во главе с блаженным старцем Филофеем Зервакосом ( Его называют избранной звездой на духовном небосводе Греческой Православной Церкви) и сформировали специальный комитет по ходатайству о спасении невинных юношей.
«О, Царица Вселенной, Богородица, Божественный Живоносный Источник, о, Твое бесконечное благодеяние и сострадание!» – слезно молился старец.
Командующий долго не уступал просьбам о помиловании.
Тогда старец сказал: «Пусть считают меня среди приговоренных к смертной казни … »
И Пресвятая Богородица, без сомнения, совершила чудо.
«Я исполню вашу просьбу … » – сказал немецкий военачальник. Греческие юноши были освобождены.
«Пресвятая Богородица – Мать Бога и духовная Мать всех христиан, – пишет о. ФилофеЙ. – Мать боли, милосердия и сострадания, надежда и спасение всех, кто прибегает к покрову Ее и уповает на Ее помощь.
Она чувствовала боль всех матерей, родственников и друзей тех, кто был приговорен к смерти …
Она видела их слезы, скорбь, рыдания. Она видела несправедливость и слышала мольбы … »
Так Она укротила и умиротворила сердце этого дикого и кровожадного животного Своим ходатайством перед Сыном.
