Раньше на Афоне по отсутствию бороды опредиляли чужака, и – главное – иноверца. Это было своеобразным механизмом «свой-чужой».
Безбородых людей называли женоликими и их легко можно было заметить в толпе или в другом месте массового скопления монахов. Безбородым юношам был запрещен въезд на Афон.
Так определяли католиков. Не нужно даже проверять человека, посмотрел кто без бороды и всё! И ни один шпион на Афон не проберётся… Поэтому для католиков Святая Гора была всегда “вещью в себе”, недоступной для изучения и понимания.
В Библии об этом сказано определенно: “И сказал Господь Моисею: объяви священникам, сынам Ароновым, и скажи им… Они не должны брить головы своей и подстригать края бороды своей” (Лев.21:1, 5). Запрещалось не только брить, но подстригать бороду, так как это входило в языческие траурные обряды.
Монахи не должны были быть никогда без бород и волос. И молодых безбородых юношей запрещалось брать в монахи, чтобы от них не было никакого соблазна, так как они походили на женщин.
«О, несмысленные и медлительные сердцем! Разве Богу нужно было вожделевать, (дабы пребыл в скиту) сей юноша..? Тогда подобало бы отменить слова преподобного Павла, который говорит решительно: «Кто сообщается с безбородыми, не узрит Лица Божия». Тогда нужно было бы отменить правило, по которому от сообщающегося с безбородым или молодым удаляется благодать спасения. Пришлось бы тогда уничтожить не только слова преподобных Павла и Афанасия, но и всех прежних отцов и патриархов, говоривших, что от сообращения с молодыми человек впадает в душевную смерть» (преп.Нил Мироточивый, «Посмертные вещания», ч.5, гл.19).
«Некоторый Египтянин, по имени Карион, имел жену и двух детей. Оставив их, он пошел в Скит и принял монашество. По прошествии некоторого времени настал голод в Египте. Приведенная в затруднительное положение жена Кариона пришла в Скит с обоими детьми, из которых сын назывался Захариею: другое дитя было женского пола. Супруга Кариона села под деревом на берегу ручья, против церкви, по обычаю, принятому в Скиту. Обычай был таков: если приходила в Скит женщина для беседы с монахом, или монаху встречалась нужда поговорить с женщиною: то они садились вдали друга от друга, на противоположных берегах речки, и таким образом беседовали между собою.
Сказала Кариону жена его: вот ты принял монашество, а наступил великий голод: кто прокормит детей твоих? Карион отвечал: пусть сын придет ко мне, я возьму его и вскормлю в Ските, а ты прими на себя воспитание дочери. Они так и сделали. В Скиту все знали, что при Карионе живет сын его. Несмотря на это, когда Захария стал приходить в возраст, монахи начали роптать по причине его. Карион, узнав, что братия ропщут, сказал Захарии: пойдем отсюда: отцы ропщут. Захария сказал на это: ведь все знают, что я – сын твой. Они удалились в Фиваиду и поместились в келлии. Но и там, по прошествии краткого времени, поднялся из-за них ропот. Они возвратились в Скит; там братия продолжали роптать на них.
Тогда Захария пошел к минеральному озеру, и погрузившись в него до ноздрей, пробыл в нем целый час. От этого он сделался как бы прокаженным. Когда он пришел к отцу своему, отец едва узнал его. Вскоре после этого Захарии привелось приступить к святому причащению, и было о нем откровение преподобному Исидору пресвитеру, который сказал ему: сын мой, Захария! в минувший воскресный день ты причастился, как человек, а ныне претворился в Ангела» (свт.Игнатий Брянчанинов, т.6, «Отечник», Авва Захария, п.1).
Братия стали роптать именно потому, что Захария начал из ребенка становиться безбородым юношей. И это стало являться для всех монахов соблазном. Именно по этой причине правила и запрещали принимать в монастыри безбородых юношей.
При этом надо учитывать, что все эти символы (борода, волосы) могут быть, а перед Богом этот священник или монах – никто; так как по духу может оказаться, что он служит не Богу, а дьяволу. Ибо Бог смотрит не на внешние символы, а на настрой духа, на сердце.
